Поиск по сайту

Последние записи

Ссылки

«Sapiens». Критика. Часть 1-я

Юваль Ной Харари. «Sapiens: Краткая история человечества»

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Сразу видно, что у автора книги образование «западное», то есть буржуазное, то есть ущербное, с марксистской гносеологией он не знаком. Автор не изучал марксистско-ленинскую философию, то есть диалектический материализм и истмат, поэтому пишет чушь про то, что «широкомасштабное сотрудничество людей основано на мифе». Почему представление о действительности (и обществе вместе с выработанными на основе этих представлений правилами общежития) должно быть обязательно мифологическим? Если оно бывает иногда мифологическим, то это не означает, что оно всегда мифологическое.

Как в оперировании материальными вещами окружающей действительности (охоте, собирательстве и т. д. … вплоть до строительства термоядерного реактора) нужно иметь адекватное представление об этой действительности (свойствах вещей, законах природы), чтобы получать ожидаемый положительный результат, так и об общественной жизни нужно иметь адекватное представление, иначе не будет достигаться цель сохранения общества, его благополучия (племя, род, вид, человечество погибнет, исчезнет). И если мифические представления — на данном историческом этапе и в данных конкретных условиях — работают, то только в той степени, в которой они верно отражают действительность (даже в сказке есть доля правды) и насколько и пока они полезны обществу. Когда обнаруживается ошибочность и вред существующего представления, то оно раньше или позже меняется.

Автор делает поспешное обобщение — распространяет частное явление неадекватного, ошибочного отражения действительности человеческим сознанием (мифологического отражения) на вообще всё общественное сознание (общественное сознание есть представление людей об обществе), называет вообще всё общественное сознание мифологическим, делает мифологичность атрибутом общественного сознания. Познавая мир, человек делает ошибки (в естественных науках, например, вспомним флогистон), и это нормально: ошибки исправляются, знание становится всё более полным, всё более приближающимся к точному, то есть окончательному, не могущему быть отменённым, выброшенным навсегда в корзину. Флогистона в природе нет, он, можно сказать, «мифичен», но электрон, как бы далее не расширялись и не углублялись наши представления о нём, существует реально, и это знание точно.

Автор даёт право на существование только тем понятиям, которые имеют материальный эквивалент в окружающей действительности, который (эквивалент) можно, грубо говоря, пощупать; а тем, которым никакого осязательного эквивалента нет (нельзя пощупать), отказывает в праве на существование, называет «фикциями» — компанию Peugot, например, или государство Сербия. Но связи, отношения вещей, да и сами свойства вещей тоже пощупать нельзя, они абстракции, тем не менее они имеют отношение к природе. Иначе нужно и математику, например, объявить мифом. Любое познание немыслимо без абстрагирования. Кислость, сладкость, круглость яблока — тоже фикции? «Компания с ограниченной ответственностью» никак не фикция, не миф, т. к. она есть отношения между людьми, хоть их и нельзя потрогать. «Права человека» — плохое понятие, чрезвычайно мифологическое (и я об этом давно заявляю, кто ещё не заметил), но ни откуда не следует, что это понятие навсегда, что нет и не может быть более адекватного понятия, что вообще все нормативные понятия обязательно мифологические и другими быть не могут.

Не согласуется с марксистской научной методологией и понятие «когнитивной революции», под которой автор понимает качественный скачок в мыслительных способностях людей около 70 тысяч лет назад, связанный с генетической мутацией (мутациями). Скачок — несомненно. Но при чём тут слово «революция»? Если только в качестве метафоры. Но это, вроде как, не художественное произведение.

В природе изменения происходят только эволюционно. Революция происходит только в человеческой деятельности и связана с коренным изменением в сознании людей, а не с изменением их биологии. Генетическая мутация, приведшая к качественному скачку, — не революция, несмотря на последовавшие затем «революционные» (в кавычках!) изменения в человеческой деятельности. Как нельзя, например, называть революцией взрыв сверхновой, или кембрийский взрыв. Вот «аграрная революция» — это революция. А «когнитивная революция» — это эволюционный когнитивный взрыв, эволюционный когнитивный скачок. Но не революция. Если использовать слово «революция» без разбора где ни попадя, то понятие революции будет слишком широким и потеряется важный узкий смысл, уйдёт часть правильного описания явлений действительности (повторю давнюю свою аналогию: это как называть квадратом любой 4-угольник).

Говоря об изменении в сознании людей, мы здесь используем только одно понимание этого слова — не как индивидуальное сознание человека, а как общественное сознание. Поэтому надо разъяснить, что это не изменение индивидуального сознания в результате органических изменений в строении мозга, вызванных генетическими мутациями, а коренное изменение в понимании людей каких-то важных вещей (если это связано с пониманием общественных явлений, то вызывает коренное изменение в деятельности людей).

На мой взгляд, настоящей когнитивной революцией (без всяких кавычек) — скачком в понимании природы и общества — является появление теории эволюционного отбора Дарвина. Точнее, не сама теория Дарвина есть когнитивная революция (она есть научная революция), а то понимание места человека в природе, из неё следующее. Если раньше действия людей по сути только казались разумными, а в действительности направлялись «потребностями» генов к неограниченной репликации, в результате чего росла численность людской популяции, то теперь возникло осознание слепой стихийности этого процесса (пример чему рассматриваемая книга). Человек осознал себя животным и тем стал Человеком. Когнитивная революция ещё не свершилась (лишь началась), только малая часть людей понимают смысл и последствия этой научной революции, но в дальнейшем, когда это понимание охватит большинство людей и станет частью общественного сознания, неизбежно изменение человеческих ценностей, целей, всей человеческой деятельности.
Может быть, по большому счёту, когнитивной революцией правильнее назвать даже не теорию эволюции, хотя она огромный шаг в понимании природы (научная революция), а вообще появление науки, научного метода в 17 веке, давшее старт пониманию действительности такой, какая она есть.

Оставьте свой комментарий





Rambler's Top100